«Новая Эра» обращается к архетипу первобытности — не как к ностальгии по ушедшему, а как к точке отсчёта. В её основе лежит яйцо, напоминающее находку из мезозойской эры: массивное, фактурное, несущее в себе отпечаток глубокого времени. Оно задаёт настойчивый вопрос: будет ли рождение? И если да, то каким оно окажется? Эта работа исследует состояние неопределённости, наступающее после любого потрясения. Независимо от того, родом ли кризис из внешнего мира или вызревает внутри, наша реакция часто следует одному сценарию: мы отступаем вглубь себя, замыкаемся в собственной «пещере», пытаясь переработать прошлый опыт и переплавить его в новую форму. Это время тихой, почти невидимой трансформации. Мы замираем на пороге, не зная, что скрывается под скорлупой. Пульсирует ли там уже новая жизнь, или это лишь эхо ушедшего? Наступит ли действительно Новая Эра, или мы останемся в состоянии вечного ожидания? Ответ не в догадках, а в самом акте раскола. Пока яйцо цело — всё возможно. И пока оно держит форму, работа напоминает: любая эра начинается с тишины, внутреннего напряжения и готовности принять то, что прорастёт, когда скорлупа наконец треснет.

Может туман, а может и зимний сон. Возможно реальность, а может и привиделось. Суздаль, почти игрушечный фотоаппарат и пленка. И я за кадром, которая пытается поймать эту секунду, в которой есть все сказанное, и то, о чем умолчали с начала времен. Я люблю эту работу за доверие к миру, когда произведение создаешь не только ты, но и мир вокруг — люди и предметы, попадающие в кадр, погода, случай, возможно, даже дрогнувшая рука. А еще опыт человечества, накопившийся с начала времен, который проходит через творческую работу любого творца, и продолжающий двигаться от одного произведения до следующего и так до бесконечности.

другие проекты 
Надежды Барановской